философия науки

Комментарий к книге Структура научных революций

Avatar

Kassia

Скучная какая-то книжка. Тема интересная: как в науке меняются парадигмы; что наука не развивается поступательно, как это обычно думают; как работает "нормальная наука" в периоды между революциями, в пределах заданной парадигимы, и почему ею интересно заниматься, хотя результаты большей частью уже заданы парадигмой и известны, и еще всякое разное, - но написано занудновато. Как-то читаешь, читаешь, а к концу кажется, что все основные мысли книги можно было высказать на трех страницах.

Яна Полякова, Общие проблемы философии науки
Дмитрий Гусев, Античный скептицизм и философия науки: диалог сквозь два тысячелетия
Сергей Щавелёв, Этика и психология науки. Дополнительные главы курса истории и философии науки. Учебное пособие
Владимир Успенский, Математическое и гуманитарное. Преодоление барьера
Борис Донской Зачем человечеству философия?
Владимир Щуров, Лев Зеленов, Александр Владимиров, История и философия науки
Валерий Даниленко, От тьмы – к свету. Введение в эволюционное науковедение
Алексей Осипов, Философия и методология науки
Томас Кун, Структура научных революций
Томас Кун, После «Структуры научных революций»

Рецензия на книгу Структура научных революций

Avatar

fullback34

1. Почему эта книга вообще была написана? Именно в то время, когда написана? 60-е годы. Что, открытия поперли как из рога изобилия? Появилась потребность, необходимость обобщения? Выведения закономерностей и прогнозирования результата? Нужно было – что? Предсказать, что дальше? Найти философский камень, превращающий любое направление научных поисков в гарантированный результат? Пособие для желающих стать гением?

2. Введение прижившегося понятия «парадигма» («П») как совокупность, корпус взаимосвязанных, взаимных поддерживающих мыслей, идей, представлений. Парадигма – прижилась, это точно.

3. Центральный вопрос книжки: как одна, старая парадигма, сменяется новой? Как? Почему? Когда? Можно ли спрогнозировать смену? Вопрос-то не отвлеченный, поскольку один из критериев истинности теории – возможность прогноза.
В реальности всё сложнее: старая «П» никогда не уходит насовсем. Никогда. А новая не меняет её на боевом посту. Живут они не то, чтобы вместе, не то, чтобы рядом, - ни один из вариантов не является корректным; они живут и вместе, и рядом, и одна в другой. Как и положено жить всему в точке сингулярности, чуток подправленной временем.
Что там с небесной механикой Ньютона? Да ничего, нормально всё. Знает свое место – это ключевое положение. Знает, а потому и продолжает шагать по планете и космосу – ближнему и не очень. Не сходится перигелий Меркурия? Ну, на то и Эйнштейн подоспел. В свой час. Когда потребовалось. Проблема в другом: кому потребовалось? Советско-американскому космо-соревнованию? Да, нет – не было его ещё. Тогда – кому? Для кого вообще оно потребно – «чистое» научное знание? Наверное, «чистому разуму».

4. Дальше, как водится не только в лесу, но и науке тоже – больше. Коперник. Ну Коперник, как и А. Македонский, конечно, гении, но стулья-то зачем ломать? Ну, то есть что с того, что не Земля, а Солнце оказалось в центре всего. Ну, как бы центре. И? 70 или 90 лет это вообще никого в мире не интересовало, кроме пары-тройки, ну хорошо – десятка человек. И? Где смена парадигмы? Ну, смена и что? А то, что эта смена собой становится ой как не сразу. 70 лет по тем времена – три поколения. А кислород?

5. Когда там его открыли? Это – ещё один трик-трак науки. Казалось бы, что проще: когда открыли кислород? Четко и жестко – ответьте! Оказалось, что не четко и не жестко, вообще ответ на четкий и жесткий вопрос требует хренову кучу вопросов уточняющих: какую дату считать за открытие? Когда шведский аптекарь его получил де-факто, или когда он сообщил миру об этом? Когда то ли шотландец, то ли англичанин заявил об открытии, так оказалось, что то, что он открыл, конечно. Можно назвать кислородом, но не совсем. А что там с французом? Так тот вроде как наиболее точно всё описал, вот уж точно – кислород. А то, что каждый искал не совсем кислород? А что при поиске вся троица исходила вообще говоря из фиг поймешь сегодня какой парадигмы, которая не могла, не предусматривала вообще наличие этого самого кислорода? И? Что там насчет целенаправленного действа? Что там с научной индукцией как метода? И?

6. А как насчет того, что искали одно получили другое? Колумб, например? С этим – что? В обыденной жизни – да пофиг! Открыл и открыл! А в науке? Что там с пенициллином? А с рентгеновскими лучами? А что искали нобелевские лауреаты в радиодиапазоне в 1965? Неужто реликтовое излучение? Не, точно – нет. А вот посидели, покумекали и … Нобель! Так что получается, важно не открыть, а интерпретировать результат? Способность это сделать? Так? Оказывается, с рентгеновскими лучами – да кто их только не видел! Сколько экспериментов проводилось! А увидел и объяснил, войдя попутно навеки в историю, господин Рентген.

7. А с Дарвином как быть? В смысле скандала вокруг этой эволюцией видов? Так кто там что открыл? И что со скандалом? Кстати, сэр Исаак Ньютон замечен был в оказании давления на первого королевского астронома в том, чтобы тот подправлял некоторые данные в своих экспериментах, не вписывавшихся в теорию Ньютона.

8. Ладно, яйцеголовые – тоже люди со всеми вытекающими. Когда происходит признание открытия как прорыва, как новой «истины» в истину, признаваемую всеми? Но тут же миллиард вопросов: всеми? Или большинством? А каким большинством – квалифицированным или как? Или достаточно простого большинства? Эксперимент – как критерий истинности? Ну, слов нет. Только вот что-то нужно делать с Майкельсоном и Моли, что замутили эксперимент по проблеме «эфирного ветра» …. Что делать – потому как у них самих мнения относительно результатов менялось… достаточно часто. И повторялся он фиг знает сколько раз. И повторения эти лет 40 всё повторялись. И? Да то, что Нобеля им (или только Майкельсону?) дали вовсе не за это. И Эйнштейну не за ОТО или, прости Господи, СТО.

9. Почти из той же самой песни, но не совсем. Черная материя и такая же энергия. Которых оказалось до такого неприличия много, что наши «познания» об «огромной» Вселенной, ну, просто теряются. В сотнях триллионов чего-то там такого. Но суть не в этом: открыли фиг знает что, ни свойств, ни природы, - ничего не знаем. Но продолжаем жить дальше, как ни в чем не бывало. Что является обычным для «человеков»: оказалось, что квантовая физика существовала … всегда. А открыли её ну вот скоро стольник исполнится (не забыли весь геморр с открытием кислорода? Вот и здесь тоже самое). Жили – не тужили, и ничего. Вопрос о науке так таковой и её онтологии, так сказать.

10. Что она? Зачем она? Сколько она стоит? Стоит ли она тех денег, что на неё тратят? «Много»/ «мало» денег на науку: после какой цифры будем считать «много» или будем считать «мало»? Эффективность, как оказалось, вещь значимая. По нашим-то временам растущей неопределенности. Что там с Российской Академией Наук? Или там ФАНО рулит? Куда рулит? Это ж у нас не впервой: 90-е, Большой Босс сказал – нах. столько НИИ? Чё они там делают? С вытекающими последствиями. Для НИИ. Ну, так думали, что только для НИИ. Оказалось, что наука – в жопе, потому как людей науки засунули туда другие люди науки, оказавшиеся во власти. Недаром, ой недаром любимейший Антон Палыч говорил о презрении и ненависти к русской т.н. интеллигенции! Так что вот все эти вопросы о Пензиасе ипрочих Ландау, мля, никакие не отвлеченные. Так что вот эти все НИИ и прочие хрени по факту оказались во сколько – миллион? Сотни тысяч яйцеголовых, уехавших от унижения, созданного, повторюсь, другими яйцеголовыми в «дальнее зарубежье». И это унижение

11. Называется «новой парадигмой» в организации науки в богословенном Отечестве. Так что никакая это не абстракция – «П», парадигма. Это – жисть. Какая она есть.

12. А что там со структурой этих самых научных революций? Да нормально всё. Структуры – структуралистам и прочим историкам и методологам науки. А нам? А нам – рассуждения по поводу и книжки, и предложенной Томасом Куном идеи. Просто идея книжки вызвала кучу сопутствующих мыслей. Но всё же было бы неправильно не сказать и о книге-то, точнее – о содержании. Как оно было понято, нашедшим книжку на помойке.

13. Когда время беременно переменами? Легко ли понять это? Да, не сложно: хаос, знаете ли, увеличивается. В соответствующих сферах по-разному: в общественном устройстве – волнения, в международных отношениях – конфликты всякие нарастают, в науке – хренова куча теорий разных, ничего не объясняющих, кроме претензий быть замеченными, отметиться, где нужно. Для индекса цитирования, так сказать. Куча всяких головоломок (так это называет Кун) необъяснимых, требующих объяснения. Аномалии, так сказать. И что со всем этим делать – мало кто понимает. Нет, все знают, что что-то нужно менять. А что, где и когда … на это нужны Боры, Эйнштейны и Королевы. И куча-куча неизвестных бойцов невидимого фронта науки. Сколько их, положивших, оставивших свои умы и жизни на этой светлой дороге благих пожеланий и светлых помыслов? Не перечесть.

14. Как же всё-таки происходит революция в науке, и что там в каркасе её, как адаптируется старое и новое, знаете, это более интересно описал Юрий Михайлович Лотман в «Кругу мыслящих миров». Здесь я скромно отсылаю вас, мой читатель, к собственному отзыву на эту замечательную книжку.

15. Так о чём там, в книжке? Что там центрально-основное? Да то же самое, что и в книжке «Черный лебедь»: неопределенность и как с ней бороться. Законными и незаконными методами и средствами. Гнетет она всё прогрессивное и не совсем прогрессивное человечество, гнетет! Найти и подчинить – это справедливо было в период Кайназойского взрыва, справедливо это и сегодня. Хотя никакого гомо тогда не было и в помине. А всё туда же – в доминантность.

16. Самое любимое – гимн, я должен исполнить гимн! Кому? Заморышу. Пиз…шу. Гному. Карлику.

17. Человеческому мозгу! Ни одно наблюдаемое, подразумеваемое явление или предмет, - ничто не стоит тени, которую отбрасывает гений из гениев на всё это окружающее. Одна тысяча двести грамм – с одной стороны, всё остальное – с другой.

Что ещё может вызвать подобное восхищение невообразимой мощью?

Боевики
Детективы
Детские книги
Домашние животные
Любовные романы