Приключения

Альтернативно-исторический роман Е.П. Чудиновой для меня раскладывается на несколько составляющих. Они связаны с двумя фантастическими допущениями и стилем книги.

1. Фантастическое допущение № 1. В 1919 году полки Юденича вошли в Петроград. К 1920 году усилиями разных белых армий под общим руководством Колчака Гражданская война в России закончилась поражением красных. Позднее у нас была восстановлена монархия. Роман повествует о Российской империи 2.0, какой она стала к середине 1980-х. Это своего рода «русский антиОруэлл». Идея, на мой взгляд, вполне разумная и полезная. Во-первых, в течение Гражданской войны, полагаю, у белых была пара реальных шансов закончить вооруженное противостояние победой. Я не симпатизирую красным, социализму, революции, и т.п. И, во-вторых, думается, хорошее дело: посмотреть, чем могла стать Россия, если бы она вернулась к христианским монархическим устоям, но с учетом того горького опыта, который был ею получен после самоубийственного революционного кризиса, а также нескольких лет чудовищной Гражданской войны. То, что Чудинова показывает возможности позитивные -- политическую стабильность, экономическое процветание, взлет культуры, разумный государственный строй, в рамках которого монархия (хотя и не самодержавная в узком понимании этого слова) отнюдь не пустое место и играет роль чрезвычайно важного агрегата в «политической машине» страны, -- все это очень привлекательно и радует взор. Для русского народа тут проложен гораздо более удобный, гораздо более комфортный маршрут, нежели продирание сквозь стальные тернии СССРЛаг. Некоторых научно-технических новинок, которые к середине 1980-х уже были в СССР, в Российской империи нет, однако разница не столь уж существенная, она не имеет стратегического значения, материальное благосостояние народа, включая его нижние слои, намного лучше, нежели было в реальности-1, экономика не стоит на месте. Более того, народ поднялся до высот большей цивилизованности, более высокого уровня личной и общественной культуры, и это выглядит а) весьма привлекательно; б) вполне мотивированно, т.е. следует из тех социально-политических схем, которые заданы в качестве основного вектора развития страны. Обо всем этом я ничего, кроме самых положительных слов, сказать не могу. Весь этот комплекс идей вызывает у меня полнейшее сочувствие.

2. Фантастическое допущение № 2. В Европе возникает своего рода «второе издание Венской системы». Оно в первую очередь опирается на политический процесс во Франции, где также возрождается монархия, притом не без влияния России. Союз монахов-христиан распространяется почти на всю Европу, а к концу романа — еще и на Северную Америку. Все это, конечно хорошо, хотя и намного более фантастично, нежели победа белых в России. Но отчего не помечтать в фантастическом романе? Где же еще? Вот только конфессиональная составляющая новой «Венской системы» — не какая-либо одна разновидность христианства, а некая политическая уния католицизма с православием. Допустим, в 19 веке элементы подобной «унии» порой приносили России успех (а порой приводили к тяжелым хлопотам). Но в романе о новой Российской империи 20 века слишком сильный упор, сделанный на авторизированную главную героиню-католичку (Нелли Чудинова), приводит к тому, что устройство и история полукатолического «Священного союза-2», превосходит по интенсивности описания собственно православную тематику в России. Она едва-едва обозначена. Каковы отношения Русской Православной церкви и государства? Какова ее роль в обществе? А Бог весть. Она, вроде бы, Церковь большинства, а сказано о ней -- с гулькин нос. Разумеется, неудобно было героине-католичке рассуждать на темы церковно-государственного устройства России... Но ведь эта героиня — плод творчества автора, литературный персонаж. И, следовательно, он сделан именно таким потому, что автор заранее поставил тематику православной Церкви и православной веры куда-то далеко на периферию своих творческих интересов. Сие лукавое умолчание режет глаз и вызывает раздражение. Обо всем в состоянии России сказано в подробностях, только вот слона на самом видном месте обошли и почти что не заметили...

3. Стиль романа: мне чрезвычайно трудно было дочитать до конца, поскольку именно литературная составляющая книги является ее слабым местом. Роман-трактат в принципе, по формату, -- чтение неспешное. Для того, чтобы создавать читателю дополнительный стимул дочитать вещь до конца, автору подобного произведения хорошо бы придать сюжету дополнительную динамику. В данном случае произошло нечто прямо противоположное. Роман написан чудовищно тягуче, с перебором всевозможных родственных и дружеских связей главной героини, с огромными описательными пассажами, с весьма длительными уходами в сторону от основной сюжетной линии. Книгу просто-напросто тяжело читать, это сильно осложняет освоение разумной и полезной части ее идейной составляющей.