Наука, Образование

Очень сильная монография: яркая, хлёсткая, смелая и весьма актуальная даже на нынешний день. Хотя стиль написания этого автора не так уж прост и доступен для каждого читателя. И дело даже не в наличии специальной терминологии как таковой. Фрейд достаточно сложно крутит свои мысли, — он пишет на дуализме базовых понятий: отрицая одно устоявшее правило, он тут же ищет ему замену (особо не детализируя суть своей гипотезы) тем самым многое оставляя на откуп своему внимательному и вдумчивому читателю. И всё это в довольно увлекательном формате полемики двух враждебно настроенных оппонентов. Фрейд искусно привлёк в диспут воображаемого собеседника, — и ловить его мысли невероятно интересно, но достаточно сложно. С одной стороны авторский концепт нужно уметь читать ч/з определённый фильтр; а с другой Фрейд бесконечно прав в своей хлёсткой ироничной резкости когда утверждает и обобщает; по делу иронизирует, но совсем не утрирует: постоянное принуждение и навязывание религии (как со стороны гос-ва, так и в контексте различных сект/общин) неизбежно влечёт за собой оскудение чел-кого разума и неспособность здраво размышлять как таковую. И на самом деле Фрейд весьма умно и уместно обыгрывает то, что религия и Вера это не равнозначные понятия, — под каким бы красочным культом это не рассматривалось. Это мнимое равенство понятий — есть истинная ложь.

...Я все еще утверждаю, что в одном отношении мой труд совершенно безопасен: ни один верующий не даст себя поколебать в своей вере. Есть невероятное бесчисленное множество других, не являющихся верующими в указанном смысле. (...) Так же никого нельзя принудить к вере, как нельзя принудить и к неверию.

Его радикальное мышление не принимает признанные авторитеты и ортодоксальные утверждения за истину в последней инстанции. И, безусловно, в своём времени Фрейд выглядел Белой вороной в ключе своих глубоких размышлений, — но это всё же не столько провокация дешёвого безвкусного эпатажа, сколько искусно и терпеливо на протяжении всей его жизни и карьеры тиражирование вот этой тезы. -«Существует два способа оторваться от рутины (причём в данном контексте — это заезженная колея мышления социума): спастись от неё бегством или уйти в неё с головой и подорвать изнутри». Фрейд по видимому в аспекте своеобразного «террора» на протяжении всей своей успешной карьеры в психоанализе всё-таки осуществил последнее. И в этой монографии в том числе автор очень умён, талантлив, терпелив, основателен и весьма недоверчив к устоявшимся взглядам/авторитетам в своём эмпирическом познании и глубоком изучении психоанализа.

В свою очередь сравнивая здесь религию с детским неврозом, Фрейд скорее пытается обосновать инстинктивное поведение (потребности) индивида на заре чел-ва, нежели даёт подробное описание основных стадий взросления в контексте возрастной психологии. Автор измеряет на свой лад ту меру удовлетворения первичных потребностей человека, которая возможна при имеющихся в распоряжении земных благах, — иными словами: все наши так сказать культурологические ценности и морально-этические оценки напрямую зависят от нашего культа материального блага, иррациональных чувственных желаний, которые любой ценой просятся для своего воплощения во внешний мир. Сюда примешивается наша постоянная потребность быть за что-то стократно одаренными, — когда любая адекватная человеческая благотворительность в ключе сострадания неизбежно совершается под ярлыком «увеличение потенциала собственного статуса».

И в этом Фрейд ещё на заре психоанализа прошлого века оказался прозорлив, осмыслен и хладнокровно достоверен.

... Масса ленива и несознательна, она не любит отказа от инстинктов, а доказательствами ее нельзя убедить в неизбежности этого отказа, и ее индивиды поддерживают друг друга в поощрении собственной разнузданности...

Таким образом аскетичные установки формируют определённое ядро культуры, — но несмотря на это иррациональные желания, с которыми приходит в этот мир любой ребёнок и на волне серийного потребления неизбежно застревает в них же, даже взрослея, — одолевают каждого из нас на протяжении всей жизни. По мнению Фрейда нелепо и неверно думать, что человеческая душа не прошла определённый путь развития на стадии антропологии и формирования разумного человека, — но зачатки той звериной сущности и первобытных желаний не искоренимы включительно по нынешний день. И древнее глубинное Ид, — на этом в том числе выстроена суть нынешнего языческого мышления, — сегодня превалирует как никогда. Вязкое, сбивающее с ног Желание, — неважно что за этим в самом деле стоИт: красивая женщина или красная Ferrari — изначально и с невероятной силой раскачивает всю суть ортодоксальных запретов. И здесь не имеет значения мещанин «ты» или интеллектуал; ментал или эмоционал, — психо устройство чел-ка таково, что каждый имеет свои индивидуальные искусы, — но тех, кто им абсолютно не подвержен (а, стало быть, здоров и защищён) попросту нет. Иными словами укрепление своего статуса и необходимых для этого базовых потребностей (как драгоценное психологическое достояние нашей культуры) в определённом смысле означает, что древняя инстинктивная суть и во взрослой жизни не оставляет нас в покое. Отрицать подобные очевидные вещи, — это всё равно что смотреть в большое вертикальное зеркало и спекулятивно не видеть полную картинку, с ловкой выгодой акцентируя и «выхватывая» лишь отдельные фрагменты. И, соб-но, глубинная прозорливая суть этой статьи состоит в том числе в следующем: непривычные думать соб-ным умом, мы стали так доверчивы ко всякого рода знанию, так легковесно в него веруем всей своей наивной душой и с таким же благодушным согласием отказываемся от него, безболезненно меняя одно на противоположно другое.

...Если бы удалось хотя бы одну-единственную часть религиозной системы очистить от сомнений, то необычайно повысилась бы достоверность всего целого. Тут начинается деятельность спиритов, которые убеждены в продолжении жизни индивидуальной души и хотят продемонстрировать несомненность хотя бы этого одного тезиса религиозного учения. К сожалению, им не удается опровергнуть тот факт, что явления и высказывания их духов являются лишь порождением их собственной душевной деятельности...

Очень меткое, ловкое и стратегически точное замечание. Этот талантливый австриец искусно свингует понятиями, — особенно в свете нынешнего дня, в котором вера обрела лицо религии, а психоанализ медленно но верно соскользнул в цветастый и ущербный контекст эзотерики. И ту профессиональную этику, которую, соб-но, изначально закладывал Фрейд в фундаменте своего гипноза (а затем углубил и скорректировал Юнг в контексте своего контрпереноса): максимально мягко вытянуть из подсознательного клиента/вывести на осознание его же соб-ные мысли, которые и являются ответом на его текущий вопрос. -Всё это именно сегодня в свете модных течений нэлперов и коучей носит скорее всего хар-р обоюдного вранья: беспечные обещания и ведение в счастливую (успешную) будущность без наличия на то какой-либо надёжной базы у клиента непоср-но. Опошлённость и запустение в этом вопросе вызывают ностальжи по серьёзным авторам и трудам основателей психоанализа, — и по многим весомым причинам «Будущее одной иллюзии» одним из них и является, подтверждая правоту и базис данного вопроса. Фрейд ироничный, смелый, последовательный. И в этой монографии он не столько пытается развенчать высочайшие интересы человечества, — скорее всего он проводит некую грань между религией и верой; между культом и Богом; между иррациональной потребностью во что-то верить и адекватной психо потребностью человека иметь эмоциональную и нравственную опору в жизни. Так или иначе, но Фрейд не обесценивает понятие Бога и веры, — вероятно, на момент написания этой статьи многие догмы обветшали, морально устарели и перестали себя подкреплять адекватным поведением светского общества. И в свою очередь автор не смешивает понятие Бога и чисто челов-кие предпосылки появления определённой культуры (различных религиозных направлений) в общ-ве со всеми принятыми и установленными предписаниями (запретами).

PS Гностики, деисты, агностики... По мнению Фрейда всё это по сути определённое интеллектуальное «озорство» и некий закостенелый религиозный догматизм, — бесцельный и ненадёжный базис развития чел-ва.

PPS Великолепная статья, — зачётная, умная, цельная, лаконичная, актуальная — в определённом смысле венец антологии «Сумерки богов».