Дом, Семья

Разве к какой-либо другой книге рецептов могут быть претензии в виде рецензии?
Так и к этой не следует. Генделев "облагородил" её типичнейшим еврейским словоохотством советского разлива, что бы это её прочитали от корки и до корки, ничего не запомнили, и не могли найти без закладок, потому что по содержанию без более-менее скользящего прочтения не найти почти ничего. Достоинства книги как книги рецептов оспоримы, и без пререкания на тему не точности и своеобразия, которое конечно в своих украшательствах переходит за большую часть книги. Но как должно быть известно читателю из названия, книга о еде русских в Израиле, и была написана в виде колонки собственно для них же. Поэтому читать это залпом не правильно (и не кошерно), как например, пытаться за раз осилить Тору. Это возможно, но это бесполезно. В натуральной еврейской традиции, которая далека от современных хасидов-хабадников на додумывание сюжета и собственно его продолжения, подробностей и декораций отводиться большая часть всего, что вы только могли бы не читать.

Автор хвалиться или высокомерничает? Так это не так, скорее даже наоборот, и ему ничего не остается делать в творческой бедности, как собственно и любому, кто мимо институций захотел попасть в их более облагороженный мир.

Мой интерес в израилизованной и местечковой кухне сквозь призму личного мясонеедения, которое автором многократно не одобрено, прошел через это все, незамочивши себя не в слюне, не в угрызениях совести желудка.

Главное же в книге это то, как автор многократно и досконально аргументирует о переводе любых рецептов на локальный язык и набор продуктов, который, казалось бы, на фоне глобализации должен быть единым, но такого не бывает. При глобализации ты ешь гамбургеры из свиной кожуры, и все остальное, что посыпано усилителями вкуса и шоколадом. В то время, когда подумав желудком, стоит вспомнить о том, что не полезное должно быть действительно вкусным и до извращения изысканным. Тренируйте пищевое воображения поперек с кулинарными навыками, оно принесет вам куда больше удовольствие, чем экзистенциальное раскаяние.

upd. И не забывайте, что русский язык в Израиле, живет хоть и наследной, но более полной жизнью на солнце, меде и молоке.